Кто зав онкологии астрахань

Добрый вечер, дорогие друзья. Так получилось, что я решила обследоваться в онкологическом диспансере.

Взяла направление к онкологу-маммологу у онколога в МСЧ «Газпром», где я прохожу медкомиссию. О всех болячках мы вспоминаем только после медкомиссии. Направление я взяла у онколога, но мне пришлось еще идти к своему территориальному терапевту, что бы он меня записал на прием к маммологу. Запись была произведена быстро. Уже через неделю после посещения терапевта я попала к маммологу. Приехав в онкологию, я была удивлена очередью в регистратуре. Она была громадная. В одном окне вносили все данные, в другом выдавали карту, а в третьем уже талончик. Но все девочки очень вежливые, не ругались, а наоборот старались успокоить всех. Да и тех, кому положено без очереди идти они заботились. Напоминали, кто может подойти к ним и не отстаивать долго. Многие бабули стеснялись, а благодаря пристальному вниманию работниц регистратуры они воспользовались положенной им льготой.
Это уже очередь в середине дня. Скопление народу в первой половине дня.

Здание не новое, но везде все чисто и отремонтированно.

Есть гардероб и банкомты.

Для создания уюта есть вот такой фонтан.

Мне к врачу надо идти на второй этаж.

Это холл на втором этаже, где принимает моя врач.

Стоит ведро с чистыми бахилами. Это плюс, что не надо покупать бахилы. Ладно покупать, просто забываешь про них. и не всегда попадается аптека по пути в поликлиники.

Это кабинет моего врача. Посетить мне ее уже пришлось трижды. И скоро снова к ней идти. В первый день мне назначила маммографию и тут же мне ее сделали. С результатами я пошла к ней уже без очереди. Потом записалась на следующую неделю на пункцию под УЗИ. Снова перед процедурой без очереди к врачу. И потом я посетила врача через день после процедуры. Должна была узнать результат. Но анализ не получился. В образец попала кровь и образец стал не читаемым. Теперь мне надо ждать примерно две недели, пока рассосется синяк и снова к записываться на пункцию. То есть все заново.

Что мне понравилось, так это то, что доктор и медсестра, да и все работники этого диспансера очень вежливы, не грубят и не торопят.
Это коридор, где кабинет маммографии. Аппаратура там хорошая, новая.

Тут даже есть небольшая часовня.

Еще хочу сказать, что в этом диспансере уже несколько лет наблюдается мой папа. У него рак простаты. Доктора облучали его по новой технологии в течении трех месяцев. Назначили препараты и вот уже несколько лет как папа себя вполне не плохо чувствует. Так что я вдвойне благодарна всем работникам этого медицинского учреждения.

Областной онкологический диспансер города Астрахань был основан в 1944 году, именно тогда начал работу онкологический пункт на базе 2 областной больницы, его штат составлял 14 человек. В 1945 году онкологический пункт реорганизован в онкологический диспансер. А в 1946 году учреждение было объявлено действующим областным онкологическим диспансером на 30 коек. Онкологический диспансер — это специализированное медицинское учреждение на территории ЮФО, его задачами являются: обеспечение специализированной медицинской помощи онкологическим больным области, руководство всеми лечебными учреждениями области в вопросах ранней диагностики злокачественных образований; анализ состояния смертности и заболеваемости от новообразований; контроль за проведением профилактических осмотров, направленных на выявление онкологических заболеваний.

Фотографии

50 отзывов
маммолог, онколог
ул. Б. Алексеева, 57

27 отзывов
маммолог, миколог, онколог
ул. Б. Алексеева, 57

7 отзывов
маммолог, онколог
ул. Б. Алексеева, 57

5 отзывов
онколог
ул. Б. Алексеева, 57

3 отзыва
онколог, хирург
ул. Б. Алексеева, 57

Отзывы (320)

В регистратуре всегда теряют карточку. Ищут почти неделю или больше. Как быть и как попасть на приём.

В ноябре 2018 года я проходил лечение в отделении онкоурологии Астраханского областного онкологического диспансера. Хочется отметить хорошую организацию работы стационара: удобные бытовые условия, прекрасное питание. Но самое главное здесь это медицинский персонал: вежливые, заботливые, отзывчивые работники, хорошо понимающие своих пациентов и помогающие им. Особая благодарность заведующему отделением №7 Игорю Вячеславовичу Зайцеву и лечащему врачу Павлу Александровичу Поливину, анестезиологу Наталье Степановне Комаровой. Настоящие врачи, истинные профессионалы. Они бережно и доброжелательно относятся к каждому пациенту. Я благодарен им за прекрасное проведенную операцию. Спасибо огромное! Счастья вам, дорогие доктора, здоровья и дальнейших удач в вашей гуманной деятельности. Максимов А. В.

Хочу объявить благодарность Мустафаевой Диляре (врач-гинеколог). Врач с большой буквы. Вежливая, тактичная.

Нет препаратов на химиотерапию, что за безобразия, дата моей госпитализации была решена 2,5 недели назад. А препарат кончился. Что делать. Умирать от диких опухолевых болей, которые растут очень быстро?

Ужасное отношение в регистратуре. 4 раза звонил по двум номерам. Первые два раза брали трубку и сбрасывали. По второму номеру просто не берут. Платные услуги. На все отвечают: «Да, да приходите», — и кладут трубку. Хорошо отзовусь о приемной главврача, тут же взяли трубку, ответили на все вопросы, приятно говорить с хорошими людьми. А регистратура вызывает мнение, что работает один сброд.

Похожие клиники

2 отзыва
На­ча­ловс­кое шос­се, д. 7, ли­тер У

8 октября 2014 9:47 9

Дело главврача астраханского онкологического диспансера Элина МАЗУРИНА

В Астрахани в Кировском районом суде начинается «дело врача». На скамье подсудимых — заслуженный врач России, почетный гражданин Астраханской области, главный внештатный онколог региона Юрий Оганесян. Следователи обвиняют медика в злоупотреблении служебным положением: взял у государства незаконно 132 миллиона. Деньги потратил на зарплаты своим сотрудникам, покупку препаратов и благоустройство больницы.

Не по стандарту

— Это же Юрий Деточкин ! Да за такое медаль давать! — отреагировали на новость большинство моих знакомых. — Хоть кто-то о пациентах думает, а не только себе в карман.

Может, настоящего врача с большой буквы надо выручать?

Онкобольниц я боюсь. Понимаю — заразиться раком нельзя, но к сердцу где-то из района желудка поднимается суеверный страх. А вдруг… Поэтому к астраханскому областному диспансеру подхожу с тяжелыми мыслями.

Вокруг здания поликлиники цветочки, у входа журчит фонтан, а под кустами прячутся садовые гномы. Словно не в больницу попала, а в санаторий. Внутри не хуже — отремонтированный холл, пальмы в кадках, яркие оранжевые кресла и напряженные лица посетителей: кто-то ожидает приговора, кто-то спасения. Наверное, на те самые деньги отремонтировали?

— Это было не при мне — в 2011-м и 2012 году, — отказывается от разговора нынешний главный врач больницы Сергей Джуваляков. — Я пришел после увольнения Юрия Вирабовича. Все вопросы к следствию и Минздраву .

Минздрав об обласканном в свое время властями враче тоже решил промолчать, предоставив слово силовикам. И те рассказали.

Министерство Астраханской области предложило больницам поучаствовать в 2011-м и 2012 году в программе модернизации «О внедрении стандартов при оказании стационарной медпомощи». Подписываясь под программой, лечебное учреждение обязывалось при установлении определенного диагноза оказывать утвержденный перечень услуг. А за это из бюджета — деньги на счет больницы.

— Онкодиспансер заявился на эту программу, — рассказывает Ринат Калинкин, старший следователь отдела по расследованию особо важных дел СУ СК по Астраханской области. — По итогам они подали в страховую компанию и министерство здравоохранения Астраханской области отчеты. В них данные, что все обязательства по программе выполнили, то есть лечили по стандарту. Но, как оказалось, главный врач заставлял своих подчиненных составлять липовые отчеты о высокотехнологичной помощи. На деле же больным делали анализ крови, мочи и еще пару простых процедур. А для всего остального элементарно не было оборудования, на тот момент аппаратура не была еще куплена. По идее в этом случае диспансер был обязан заключить договор с другой больницей, где техника была. Но не заключал.

Многие больницы, которые сначала взялись за эту программу, добровольно из нее вышли, деньги вернули: не смогли выполнить требования. Но астраханский онкодиспансер остался. Всего следствие проверило 5 тысяч карточек больных и опросило больше двух тысяч человек. И везде лечение не соответствовало стандартам.

— А те деньги, что пришли на счет, он точно потратил не на себя?

— Нет, нецелевого использования средств не было. Все по программе: прибавка к зарплатам, лекарственные препараты, оснащение больницы.

Лучше, чем в Израиле

О программе в действии читаю на новеньких стендах в поликлинике диспансера. Об улучшении ранней диагностики, о новом оборудовании и отремонтированных отделениях диспансера.

— Вы посмотрите вокруг! Ну разве можно сказать плохое о человеке, который сделал столько для больницы, — встает на защиту бывшего начальника заместитель главного врача по оргметодработе Марина Бесчастнова. — Она входит в десятку лучших клиник по всей России . Ни за что человека облили грязью! Мы действительно участвовали в программе модернизации здравоохранения по внедрению стандартов. Но вы поймите, лечить по стандарту невозможно. Допустим, у женщины первая стадия рака, а по стандарту ей положено сделать переливание крови. Но это противоречит другим назначениям. Стандарты выполняются по мере возможности.

Бывший главврач считает, что ни в чем не виноват Фото: Элина МАЗУРИНА

Онкодиспансер получил на стандарты 132 миллиона рублей. И если зарплату подняли, то персонал должен быть доволен.

— Я сюда пришла вместе с Юрием Вирабовичем 7 лет назад. Здесь же была полная разруха. И столько всего сделано. Хотя давайте я сама вам все покажу, — предлагает старшая медсестра диспансера и проводит мне экскурсию.

Вот отремонтированный корпус для ранней диагностики. Опять цветочки в кадках, евроремонт. В кабинетах, куда заглядываю, — огромные чудо-машины. Они помогают найти пораженные клетки, когда те только строят планы по захвату всего организма.

Следующая остановка в самом «тяжелом» отделении — паллиативной помощи. Сюда переводят пациентов с последними стадиями рака. Оснащение — как в лучших клиниках. Специальные кровати, подъездные столики.

— Нам могут позавидовать даже израильские клиники. Юрий Вирабович старался для больницы, — расхваливает бывшего начальника женщина. — В первую очередь он думал о пациентах. Мог вечером без предупреждения прийти в отделение, проверить, есть ли дырки на простынях, поговорить с больными. А потом на ежедневных утренних пятиминутках и на расширенном собрании в пятницу, где врачи отчитывались перед ним по цифрам, высказать. Он никогда не повышал голос, был предельно вежлив. Я в шоке, что такого человека убрали.

— А вас он не заставлял писать отчетность?

— Отчеты составляют врачи. У них и спрашивайте. Но не слушайте тех, кто будет на него клеветать, — приказным и категоричным тоном напутствует меня.

— А есть и такие в образцово-показательном диспансере?

Оганесян превратил советскую обшарпанную больницу в настоящий санаторий Фото: Элина МАЗУРИНА

Пусть говорят цифры

Есть. Но «клеветников» найти не просто. Большинство медиков говорить отказываются: кто по причине занятости, кто из страха. Но после оперативно-розыскных мероприятий выхожу на тех самых недовольных. Почти все — с профессорскими регалиями, доктора наук, врачи высшей категории.

— Вам наверняка показывали картинки «было — стало» (действительно показывали. — Ред). Но это картинка, внешняя сторона, — я разговариваю с одним из врачей диспансера, свое имя он попросил не указывать. — С теми суммами, которые выделялись по программе модернизации, было бы странно совсем ничего не сделать. Тем более в онкологии крутятся такие суммы.

Суммы действительно огромные. В рамках программы модернизации (а стандарты — это только одна ее часть) из федерального бюджета больница получила 418,917 миллионов рублей, из регионального — 152 млн руб. И это только за год. Бюджет освоили полностью. На деньги в рамках проекта «Здоровье» построен линейный ускоритель (под это специально пришлось рыть каньон), построен маммологический центр, полностью отремонтирован операционный блок, куплено с десяток дорогостоящих аппаратов.

Кроме того, были у больницы и собственные деньги от платных медицинских услуг. И это предмет особой гордости Юрия Оганесяна : с четырех миллионов в 2007 году уровень доходов подняли до 30. Они шли на зарплаты, благоустройство, ремонт.

— Может, он и хороший завхоз, но он не онколог, — говорит еще один собеседник, профессор. — Цветочки, фонтанчики — это все важно, но пациенту важнее, чтобы его вылечили, чтобы у нас не было такой смертности. За меня скажут цифры.

И я смотрю вместе с профессором отчеты Института имени Герцена — ведущего онкологического центра страны. Цифры по каждому городу. Средняя смертность по России — 7,2 процента, в Астрахани почти 10. Это на уровне Калмыкии , где онкодиспансера нет совсем. Летальность на 1 году жизни у детей в Астраханской области — 21 процент, по России — 12, в соседнем Волгограде — 8 процентов. Кажется, всего-то 9 процентов разницы, но когда считаешь человеческие жизни, на счету каждая сотая доля процента. Когда Юрий Оганесян пришел в больницу, цифры были не лучше. Но динамики особой нет, в отличие от вложенных сумм.

— Астраханский регион по многим показателям среди отстающих. Есть и улучшение показателей, например, по раку груди. Но это, скорее, заслуга конкретных врачей. — И собеседник обреченно машет рукой. — Люди фактически не получают необходимой по показаниям помощи, аппараты ломаются. Покупали хоть и по завышенной цене, но самые дешевые по качеству. Выходят из строя они очень быстро.

— А почему же врачи все это время молчали? Доложили бы куда следует.

— Потому что боятся. Работа онколога — узкоспециализированная. Место найти не просто. А никто не хочет лишаться заработка. Тем более все знали, что Юрий Вирабович человек в городе влиятельный.

О запуганности всех сотрудников рассказывают и следователи, которые с трудом уговорили врачей все-таки дать показания об угрозах и вынужденной фальсификации под давлением.

— Но сейчас он здесь никто, работает в другой больнице обычным врачом. Чего теперь-то бояться? — уговариваю медика назвать себя.

— Некоторые думают, что он сможет вернуться, — говорит онколог. — Тем более он почти каждый день приходит в больницу. По-прежнему чувствует себя хозяином.

На встречу Юрий Вирабович приходит со стопкой документов, распечатанных статей и планшетом. Доктор предельно вежлив и внимателен, невольно проникаешься сочувствием еще до его рассказа. С обвинениями медик в корне не согласен.

— Стандарты приняты в 2006 году, — листает бумаги Юрий Вирабович. — Но они носят рекомендательный характер. Об этом говорили и Голикова , и Скворцова, и есть в постановлениях Минздрава. А то, что написано в постановлении астраханских чиновников: «Руководителям государственных учреждений здравоохранения Астраханской области обеспечить выполнение стандартов медицинской помощи», считаю простой некомпетентностью. К тому же выводы по историям болезни по большей части неправильны. Их нельзя рассматривать вне медицинских карт. Вот теперь хожу чуть ли не каждый день в больницу, изучаю медкарты. Если двух пациентов с одинаковыми диагнозами лечат одинаково, значит, одного из них лечат неправильно. Это древняя мудрость.

Но мудрость становится глупостью, если пациента лишают возможности использовать все шансы для выздоровления. Ведь миллионы рублей государство в кои-то веки давало именно для этого.

Кто прав в этой истории, скажет суд. Он может затянуться не на один месяц. Много свидетелей, много документов. Да и сам Оганесян, судя по всему, сдаваться не намерен.

Вместо послесловия

Если представить всего на секундочку, что я человек души небольшой, меркантильной, коррупционной, то должность руководителя онкодиспансера показалась бы мне настоящим клондайком (я сейчас не говорю о настоящих, преданных делу медиках). Госзаказы здесь исчисляются цифрами с шестью-семью нулями. Например, рыночная стоимость линейного ускорителя 160 миллионов рублей, но можно договориться, чтобы на тендере была цифра в 250 миллионов. Остаток получается неплохим.

К тому же рак не щадит никого: ни токаря, ни чиновника — ему плевать на ранги. И близкие больных, и сами пациенты готовы почти на все, чтобы появился хоть малейший шанс на излечение.

Источники: http://otzovik.com/review_4803135.html, http://prodoctorov.ru/astrahan/lpu/3458-oblastnoy-onkologicheskiy-dispanser/, http://www.volgograd.kp.ru/daily/26292/3169913/

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *